Фрагмент трубы
Oct. 25th, 2007 09:15 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
afuchsБумага!
(К утру)
Оскорбительный, слабоумный рассвет.
Завтрак из кастрюли, наполненной серыми влажными клубнями варёной цветной капусты.
Выстрел в голову (фольга и пластик), заеденный глиняным стаканом.
Опять рассвет (надвое) и завтрак навскидку.
Трамвайный ветер, стены и бронхи.
(К обеду)
Дательный падеж во фразе rapidus raptori pueri subduxit pedes.
Три шоколадных шампиньона, из-за которых нельзя было руку положить в карман.
Фиолетовый почтовый ящик на въезде в гараж и паутина с неизвестными белёсыми между коваными кольями забора.
Фиолетовая шерстяная перчатка под ногами в неестественной позе и в совершенном соответствии с нею - золотое облако, зашедшее вместе с солнцем в бесполезный трамвай.
Хитрые музыки Баха, сопение музыкантов и стук струн о гриф, бездонное светлое небытие, скрытое в сложенной на подоконник дома красной распорке для мотоцикла.
Презренный папирус! Неизвестна тебе глубина небытия красной распорки на подоконнике, которую противопоставить можно только беспредельно чужим мексиканским мужчинам в голубых рубашках с чемоданами прорезиненных денег (они перемещаются, неловко исчезая за чёрным ободом телевизора).
Ибо между этим и тем застыл в навязчивом равновесии прогнутый дырчатый картон изнанки кухонного громкоговорителя (гогорычки ию).
(Солнечный подоконник очень важен, бесконечное слепое солнце).
Пока я поднимаюсь на мост, настойчивый бомж, наложенный на привокзальную реальность стеклянным лифтом, заперт в перпендикулярном движении, со своими бутылками, в парике из собственных волос.
На мосту движется: прямолинейно назойливый красный трамвай, монашка, похожая на пилюлю в пищеводе, мои шампиньоны; не движутся - пахучие собачьи заплатки, жёлтые, жёлтые, тёмные.
Под мостом - зелёная тарелка неблагополучного парка, на ней небольшая каменная урна в подтёках плесени, недоеденные осенние листья жёлтые, жёлтые.
(К ужину)
Когда закат ложится на поля, появляется бессмысленное полнолуние за углом библиотеки.
Тёмные запечённые овощи, разводы соуса на тарелке, йогурт и что-то алое, время, распачканное чьей-то спермой, выложено на запечённые овощи, тёмные, тёмные, время наложено на слова. Неровное, тёмное время, разложенное на полях.
Полнолуние, похожее на слонов. Люди оделись в шторы и пьют чай из лампочек.
(К ночи)
Я назову это днём.
(К утру)
Оскорбительный, слабоумный рассвет.
Завтрак из кастрюли, наполненной серыми влажными клубнями варёной цветной капусты.
Выстрел в голову (фольга и пластик), заеденный глиняным стаканом.
Опять рассвет (надвое) и завтрак навскидку.
Трамвайный ветер, стены и бронхи.
(К обеду)
Дательный падеж во фразе rapidus raptori pueri subduxit pedes.
Три шоколадных шампиньона, из-за которых нельзя было руку положить в карман.
Фиолетовый почтовый ящик на въезде в гараж и паутина с неизвестными белёсыми между коваными кольями забора.
Фиолетовая шерстяная перчатка под ногами в неестественной позе и в совершенном соответствии с нею - золотое облако, зашедшее вместе с солнцем в бесполезный трамвай.
Хитрые музыки Баха, сопение музыкантов и стук струн о гриф, бездонное светлое небытие, скрытое в сложенной на подоконник дома красной распорке для мотоцикла.
Презренный папирус! Неизвестна тебе глубина небытия красной распорки на подоконнике, которую противопоставить можно только беспредельно чужим мексиканским мужчинам в голубых рубашках с чемоданами прорезиненных денег (они перемещаются, неловко исчезая за чёрным ободом телевизора).
Ибо между этим и тем застыл в навязчивом равновесии прогнутый дырчатый картон изнанки кухонного громкоговорителя (гогорычки ию).
(Солнечный подоконник очень важен, бесконечное слепое солнце).
Пока я поднимаюсь на мост, настойчивый бомж, наложенный на привокзальную реальность стеклянным лифтом, заперт в перпендикулярном движении, со своими бутылками, в парике из собственных волос.
На мосту движется: прямолинейно назойливый красный трамвай, монашка, похожая на пилюлю в пищеводе, мои шампиньоны; не движутся - пахучие собачьи заплатки, жёлтые, жёлтые, тёмные.
Под мостом - зелёная тарелка неблагополучного парка, на ней небольшая каменная урна в подтёках плесени, недоеденные осенние листья жёлтые, жёлтые.
(К ужину)
Когда закат ложится на поля, появляется бессмысленное полнолуние за углом библиотеки.
Тёмные запечённые овощи, разводы соуса на тарелке, йогурт и что-то алое, время, распачканное чьей-то спермой, выложено на запечённые овощи, тёмные, тёмные, время наложено на слова. Неровное, тёмное время, разложенное на полях.
Полнолуние, похожее на слонов. Люди оделись в шторы и пьют чай из лампочек.
(К ночи)
Я назову это днём.
