явь словарная L. (скажите, зачем)

Многое время назад я купил книгу К.-Ж. Гюисманса "Аребур" и некоторое время испытывал с ней дискомфорт в трамвае, будучи неспособным продраться сквозь, кажется, свойственные французским изданиям глыбы введений и предисловий. Важным толчком послужила исповедь Гюисманса старшего, предварявшая роман, написанный двадцатью годами ранее. Я сбросил глыбы, усилием воли случайно нашёл оксфордский словарь и приступил. Оксфордский словарь оказался ненадобен за недостаточностью. Передохнув, я предпринял ещё одно усилие воли, непосредственно связанное с тридцатидвухлетием, и небрежно обнаружил у букиниста прекрасный внутренностями и заранее желанный словарь "Робер Малый 1".

И здесь начинается основная часть моего казуса. Поскольку, приняв в свою постель Робера Малого и Карла Жориса Гюисманса в тандеме, я потерял баланс причинно-следственного мироощущения и перестал знать, нужен ли мне словарь затем, чтобы читать "Наоборот", или же "Наоборот" понадобилось мне, чтобы читать словарь.

Здесь заканчивается основная часть моего казуса, поскольку тhis is, как известно, a case of what is called the Transformation of Things.

Здесь - некондиционированные выдержки из словаря как ступени в бесконечные пропасти к недоступной весне:

RAGNAGNAS - женские месячные выделения (Женщина по ссылке смеётся свою голову прочь).
NABUCODONOSOR - большая бутылка шампанского вместимостью в двадцать обычных бутылок шампанского. Это первое слово на букву N.

Больше ничего не помню, потому что землетрясение.